Берется интервью у женщины, прожившей со своим мужем 50 лет без единой ссоры

***

Мой дед в хрущевские времена купил свою первую машину, «Победу». И по такой радости с бабушкой и дочкой покатил на ней в Гурзуф. Ключевых моментов в происшедшем было два: хрущевские времена, и «Победа».

То, что Хрущев был правителем эксцентричным, знают все, но эксцентричность его выражалась не только в «Кузькиной матери» и в кукурузе за полярным кругом, но и в массе странных животноводческих предписаний самого широкого толка. В какой-то момент он, например, запретил держать домашнюю птицу, дескать, птица хлеб ест, а хлеб это народное добро. Ну, и пошли исполнители по деревням курей резать. А потом, с такой же вот легкой руки, Никита Сергеевич запретил частникам забивать свою скотину на мясо. Хочешь забить если, иди да сдай в колхоз, а сам — ни-ни, не имеешь права. И за этим новым порядком тоже следили строго.

Так вот, едет мой дед из Казани в Гурзуф с семьей, сам с непривычки нервничает — опыта вождения, считай, никакого, а тут реально в далекое путешествие отправились. И вдруг  — Откуда ни возьмись деду под колеса вываливается овца. Бадам! Нет овцы, задавил ее дед вчистую.

Выскакивает из машины ни жив ни мертв, глядит, точно — овца уже душу богу отдала. Машине, правда, хоть бы хны — «Победа» ж, считай танк на колесах. И тут как в дурном сне дед видит несущегося к нему хозяина. Издалека тот бежал, орал что-то, жестикулировал. Деду совсем посерело. «Конец мне, » — думает.

Хозяин наконец добегает, и давай деду руку трясти:— Спасибо, дорогой! — кричит, и чуть ли не обниматься лезет.

Дед оторопевает, а хозяин овцы, не останавливаясь:— За барашка спасибо, дорогой! Свадьба у моей дочери, а барашка резать нельзя. Ну ты выручил, ну ты выручил! Ты подожди, подожди, сейчас разделаем, я тебе мяса с собой дам, давай только у милиционера запишем, что это не я резал, а ты сбил!

Потом прищурился хитро, и говорит:— Слушай, а давай ты еще одну сейчас собьешь, а? Я со двора выгоню, а мы сразу двух тогда у милиционера и запишем!

Берется интервью у женщины, прожившей со своим мужем 50 лет без единой ссоры